Введение

Сейчас в философии модно говорить о постнеклассике, о современности, о манипуляциях желаниями и о телах без органов. Причудливые концепции формирования механизмов властвования и смыслопорождения заполонили пространство современной мысли. Тут задаваться вопросами как то: «что есть сущее как таковое и в целом» не приходится. Не говоря уже о том, что прошлый век ярко продемонстрировал, мягко говоря, несостоятельность классической рациональности, как в научной сфере, так и в общественной.

Тем не менее, и сейчас в школах изучают физику Ньютона, геометрию Евклида, логику Аристотеля. Студенты ломают головы над мыслями философов от Фалеса до Гегеля. Понимание многовекового опыта необходимо современной мысли, чтобы как минимум стать современной.

Оглядываясь назад, вглубь истории мы увидим ответы на многие важнейшие вопросы, затрагивающие и нас самих. Как связано существо классического мышления с его дальнейшей судьбой и связано ли вообще? Почему дискредитировало себя и выродилось Просвещение, породив при этом ужасные катаклизмы XX века? Являются ли они случайностью, результатом хода истории или необходимым концом, заложенным в самых основаниях, потрясающим воображение спектаклем мышления?

В своей работе я осуществлю эту попытку оглянуться, увидеть прошлое философской мысли. Более конкретно, я исследую такой философский концепт, как экспериментальный разум, прослежу процесс его формирования и функционирования.

Экспериментальный разум, как мы выясним, есть базовый механизм, легитимирующий саму мысль той эпохи, позволяющий этой мысли осуществиться. В данном случае речь идёт о классической рациональности, об образе мышления, имевшем место в Новое время. Но я использую словосочетание «экспериментальный разум», чтобы подчеркнуть роль эксперимента в его формировании, чтобы увидеть именно те особенности классики, которые всплывают в связи с экспериментом как методом познания и даже шире – как формой мышления.

Экспериментальный разум я буду рассматривать в теснейшей связи с таким концептом, как «безусловное», употребляемом также в «классическом» смысле. Под безусловным я понимаю абсолютное, безотносительное, самостоятельное, ничем не обусловленное, непреложное. Я не стану заранее отождествлять безусловное с понятием бытия как такового, так как последнее носит оттенок дискурсивности, вовлечённости в пространство интеллигибельного, а как раз этого я и пытаюсь избежать. Мне необходимо подойти к бытию до того момента в его «судьбе» (не во временном смысле), когда оно ещё не было дискурсивным, и тем самым проблематизировать экспериментальный разум.

Таким образом, объект данного исследования – экспериментальный разум как базис мышления Нового времени, а предмет – теснейшая связь экспериментального разума с идеей «безусловного».

Соответственно, целью моего исследования является выяснение существа экспериментального разума, которое позволит сделать выводы о судьбе последнего в наше время.

Для достижения поставленной цели предполагается выполнить ряд задач:

  • посредством анализа текстов ряда ключевых философских авторов эксплицировать некую (общую для Нового времени) структуру мышления;
  • обнаружить в этой структуре механизм эксперимента;
  • проанализировать соотношение экспериментального разума и идеи «безусловного», а также идеи свободы как «causa sui»;
  • сделать выводы относительно того, как сущность экспериментального разума повлияла на его развитие.

Говоря более конкретно, в своём исследовании я буду опираться на наследие каких мыслителей, как Платон, Галилей, Декарт и Кант, причём творчество некоторых из них будет рассмотрено неоднократно.

Дипломная работа состоит из введения, трёх глав, составляющих основную часть, заключения и списка использованной литературы. Первая глава данной работы направлена на выяснение существа эксперимента и экспериментального разума. В этих поисках я коснусь творчества Галилея, Декарта и Канта. Здесь необходимо обнаружить эксперимент как законное порождение Нового времени, как выражение его сути.

Далее, во второй главе, я перейду к рассмотрению связи эксперимента и «безусловного», их взаимозависимости и тонкой игры. Ведь, несмотря на то, что экспериментальный разум так открещивается от безусловного, именно в нём он, прежде всего, и нуждается. Любая теория, любое размышление нуждается в безусловном начале, хотя выйти за рамки условностей оно не может. Но безусловное в конечном итоге являет себя как бомба замедленного действия, основание, в развитии отрицающее то, чему оно является основанием. Данный вопрос также будет рассмотрен на примере ряда философов, от Канта до Платона.

Третья глава дипломной работы посвящена проблеме свободы, которая всплывает как оборотная сторона «безусловного». Идея свободы в новоевропейской традиции обречена на то, чтобы в конечном итоге трансформироваться в идею необходимости. Мысль Нового времени не может вынести свободы как способности действовать безусловно. Свобода как «causa sui» невозможна для мысли Нового времени. Тому пример – многие и, разумеется, Кант. Идея трансцендентальной свободы хоть и имеется в его философии, но является чем-то совсем не теоретическим, не вербализуемым, свойством вещи самой по себе, которая, в свою очередь, полностью изолирована от всякого знания, понимания, причём определена негативно. У этой свободы есть оттенок нелегальности. А легальная свобода – это свобода поступать согласно с категорическим императивом. То есть свобода поступать или не поступать.

Проблема свободы («causa sui»)  теснейшим образом связана с понятием безусловного. Несовместимость такой «произвольной» свободы с мыслью Нового времени оказывается обратной стороной несовместимости этой мысли с безусловным, являет себя как отстранение теоретического, интеллигибельного от безусловного. Невыносимость такой свободы для мысли – это невозможность бытийной стороны предмета быть втиснутой в рамки мышления.

В связи с этим мы увидим, как деформировался (или более полно реализовался, развился) эксперимент в современном нам мире под влиянием общества массового потребления, масс-медиа и стремительного развития техники. Станет ясно, что нововременные установки экспериментального разума не случайны, но оправданы. Пренебрежение этими установками ни к чему хорошему не приводит. Но и эксперимент как порождение Нового времени, да и вся классическая рациональность не способна решать проблемы, возникающие при непосредственном столкновении с живым и свободным существом, то есть с человеком. Стало быть, для классики весьма проблематичны управление и организация жизни общества.

Всё это позволит нам проникнуть в эпоху Нового времени, понять установки тех мыслителей, глубинные основания их мыслей, и тем самым, достичь поставленных целей.

Данная тема, разумеется, была и остаётся актуальной для огромного ряда философов. Проблемы «смерти философии», «конца истории» привлекают внимание и по сей день. Вопрос соотношения классического разума и безусловного, самостоятельного начала также достаточно проработан в неклассической литературе, не говоря уже о проблеме единого и многого, которая вообще неотделима от мысли как таковой. Недостатка в текстах испытывать не приходится, поэтому исследование предполагает активную работу с ними.

Мной будут использованы различные тексты: от собственно философских текстов, располагающихся в поле истории философии, и историко-философских комментариев  до современной учебной литературы. Так можно выделить Платона с его диалогами («Теэтет», «Софист», «Менон»), а также исследование наследия этого философа Т.В Васильевой («Путь к Платону», «Беседа о логосе в платоновском «Теэтете»). Внимания заслуживают тексты Декарта и Канта, к которым относятся «Рассуждение о методе...», «Правила для руководства ума», «Страсти души», а также «Критика чистого разума» и «Критика практического разума», используются также работы Мамардашвили. Среди них «Картезианские размышления» (первое и второе) и «Кантианские вариации». Также большое значение имеет здесь появление философской мысли Шеллинга, почерпнутой из двух его текстов: «Философские письма о догматизме и критицизме» и «Система трансцендентального идеализма». Однако наработки Шеллинга в данном случае используются в той мере, в какой они адекватны мысли Канта. Стоит отметить, что в данном исследовании чрезвычайно важно наследие Галилео Галилея, которое изучалось мной на основе учебной литературы, а также книги В.С. Библера «Кант-Галилей-Кант». Переоценить значение этой книги в данной работе действительно трудно.

Особо отмечу, что определённая доля исследования приходится на анализ фильма. Это фильм «Эксперимент» 2001 года немецкого режиссёра Оливера Хиршбигеля. Эта картина позволяет увидеть трансформацию нововременного эксперимента в пространстве масс-медиа.

Данное исследование включает в себя ряд наработок, полученных в течение достаточно большого периода времени. Многие из этих наработок были представлены общественности. Так отдельные аспекты исследования освещались мной на межвузовской студенческой конференции "Дело философии" в  2005 и 2006, 2007 годах. Имеются выступления и публикации на областной студенческой конференции и научной студенческой конференции в СФ МГПУ 2005 году («Проблема познания у Платона»). Наработки в связи с философией Канта были представлены мной на международном научном студенческом форуме «Земля студентов: жизнь, наука, творчество» в 2007 году. А исследование деформации эксперимента в современном пространстве были озвучены на студенческой конференции «Философия и жизнь» в рамках «Дней Петербургской философии - 2006» в Санкт-Петербурге, с последующей публикацией материала в ежегодном сборнике СаГА «Mixtura verborum» («Экспериментальный разум Нового времени», «Эксперимент» на экране в контексте экспериментального разума Нового времени»).

 



О тексте О тексте

Дополнительно Дополнительно